- Мама, а почему Наташа плюнула? - спросил маленький
Вадик. Он, как и мама, проснулся среди ночи, когда Наташеньке
стало плохо. В три годика он еще не понимал, что происходит с
сестренкой, почему она плачет и постоянно плюет на пол
какую-то гадость. Ему было любопытно, он попытался выбраться
из кроватки и подойти к Наташе, но мама взяла ее на руки.
- Наташенька болеет, - грустно сказала мама, унося Ната-
шеньку в ванну. Вадик надул губки, ему вдруг захотелось пла-
кать, потому что стало жалко Наташеньку. И маму.
Еще больше Вадик удивился, когда ночью в квартиру вошла
незнакомая тетя в белом халате. Присев рядом с Наташей она
стала разговаривать с мамой о чем-то очень взрослом и непонят-
ном. Наташа больше не плакала, молчала, но Вадик из своей кро-
ватки не мог понять, спит она или нет.
- Мама, - позвал Вадик.
- Спи, Вадечка, спи, - она постаралась улыбнуться малышу
и снова стала что-то рассказывать незнакомой тете. Но Вадик не
спал, он рассматривал чужую тетю: толстенькая, в белом платье
на пуговицах и с большим чемоданом. "Зачем ей чемодан? - думал
Вадик, - Она что, к нам насовсем приехала?"
- Мама, - снова робко позвал он.
Но тут в дверь позвонили, прервав его голос. Это пришла
тетя Люба, мамина подруга с пятого этажа. Вадик любил тетю Лю-
бу. Потому что она была добрая. И еще, потому что у нее дома
всегда можно было полакомиться вареной сгущенкой и конфетами
"помадка" и, которые Вадик так любил.
Потом все начали собираться, и Вадик понял, что мама с
Наташей сейчас куда-то уйдут. Вадик смотрел на Наташу, когда
мама надевала на нее теплые колготки, и ему казалось, что
сестренка спит с открытыми глазами. Он потянул к сестренке ру-
чонку, и та грустно взглянула на него.
- Наташенька едет в больницу, - сказала мама Вадику, - Я
скоро вернусь. С тобой пока посидит тетя Люба, - материнская
рука нежно погладила сына по макушке. Вадик что-то помнил про
больницу. Он не помнил, какая она с виду, но знал что больни-
ца - это большой дом далеко-предалеко, куда увозят девочек.
Туда увезли его сестру.
Тетя Люба подошла к кровати:
- Ну что ты, Вадечка, ну что ты плачешь? Вернется мама,
очень скоро вернется. Ну, солнышко, не плач, ты же уже большой
мальчик!
- Я хочу в больницу, - всхлипнул Вадик. Он просто хотел к
Наташеньке.
Наташенька проснулась и увидела перед собой белую стену.
На стене шариковой ручкой были написаны чьи-то имена, нарисо-
ваны смешные рожицы, машинки, стрелочки. Девочка грустно
вздохнула, не любила она больницы и все тут. Она так и не
смогла привыкнуть к белым палатам и скрипучим койкам, хотя
привозили ее сюда часто. Наташенька завозилась в кровати, про-
веряя ее на скрипучесть и удобство, и поняла, как сильно у нее
кружится голова и тошнит. Наташеньке стало безумно жалко себя;
совсем одна, без мамы, среди чужих тетей, и детей, с которыми
никогда не получалось найти общий язык. Как это плохо - бо-
леть! Плохо даже не потому что больно, а потому что грустно,
когда остаешься одна. И еще, потому что когда ты одна, то надо
быть совсем взрослой, а ведь так хочется быть маленькой и сла-
бой на руках у мамы. Наташенька уже хотела заплакать, как
встретилась глазами с Мишелем.
Мишель - это ее друг, о котором никто не знал - медвежо-
нок на ее любимой пижаме. На пижамке цвета утреннего неба было
много-премного всевозможных медвежат: девочки-мишки и мальчи-
ки-мишки всех оттенков оранжевого цвета, в разных платьицах и
шортиках, с цветочками и солнышками, кто-то стоит, кто-то бе-
жит... Все они были разные, все они были веселые и добрые. Но
дружила Наташенька только с Мишелем. Ночью, когда Наташенька
спала в этой пижаме, Мишель спрыгивал с голубой ткани пижамки,
и они с ним вдвоем убегали путешествовать. Много где они успе-
ли побывать; в лесах, в полях, в горах, даже на облака Мишель
иногда водил Наташеньку. Он был самый добрый медвежонок на
свете! Днем, когда Мишель снова становился лишь лоскутом, На-
ташенька рисовала его. У нее накопилось уже очень много порт-
ретов Мишеля. Даже Вадик иногда просил старшую сестренку: "Ну,
нарисуй Мишеля! Ну, нарисуй!" И Наташенька рисовала. Она не
рассказывала Вадику о своем секретном друге-медвежонке, но по-
дозревала, что братик все знает и без того. Иногда ей даже ка-
залось, что Вадик вообще ВСЕ знает, знает и любит все-превсе.
Вот и сейчас, увидев Мишеля на рукаве пижамы, Наташенька
очень обрадовалась: она не одна тут! Мишель приехал сюда, и
унесет ее далеко-далеко, в сказочные места, стоит только лишь
уснуть. Наташенька закрыла глазки, но уснуть ей не дал чей-то
голос:
- Привет!
Наташенька обернулась. В палату вошел ребенок с большущим
пакетом всевозможных лакомств.
- Тебя ночью привезли, я знаю, - продолжал ребенок. Ната-
шенька смотрела на него и никак не могла понять, мальчик перед
ней или девочка. Волосы коротко подстрижены, пижама голубого
цвета, почти как у Наташеньки, только с белыми буквами вместо
мишек. Движения и голос ребенка были столь грубыми, что Ната-
шенька уверилась, что перед ней мальчик. Ребенок протопал к
столу, бросив на него кулек с конфетами и печеньями. Наташень-
ка вытянула шею, чтобы получше рассмотреть конфеты. Она их не
очень любила, но их тут было так много, что даже просто любо-
ваться ими уже было приятно. Ребенок схватил несколько конфет
из мешка и плюхнулся на свою кровать, пружины которой тут же
яростно заскрипели.
- Ну, давай знакомиться что ли, - уже положив в рот шоко-
ладную конфету, начал ребенок, - Меня Светка зовут, а тебя?
Хочешь конфету?
- Меня Наташа зовут, - ответила Наташенька, - А конфету
не хочу, спасибо, мне сейчас нельзя кушать.
- Ну, как хочешь, - Светка отправила в рот еще одну кон-
фету. - Но зря ты так, вкусные же! Мне их только что принес-
ли, - похвасталась она, вытирая шоколад с губ рукавом пижамы.
- Ой, как много тебе родители конфет собрали! - восхищен-
но произнесла Наташенька, снова любуясь сокровенным мешком с
лакомствами.
- Да не родители, - фыркнула Светка, - Это мне из приюта
принесли. Собрали все конфеты и принесли. Там их на всех делят
обычно, а сейчас вот - одной мне все прислали. Ну, пока я тут.
Чтобы выздоровела быстрее.
Наташенька еще раз пробежала взглядом по Светке и все по-
няла: всю ее грубость, мальчишечность, стрижку эту. "Ей, на-
верное, очень плохо без мамы" - подумала Наташенька. "Поэтому
и конфетами кормят, потому что мамы нет. Но разве конфетами
маму заменишь? Или братика?"
Голова у Наташеньки снова закружилась. Она закуталась в
одеяло, отвернулась к стенке, и начала засыпать. А Светка си-
дела в кровати, недоев те конфеты, которые взяла с собой,
грустно переводя взгляд с пола на Наташеньку и обратно.
Наташенька долго пребывала в состоянии полусна, она то
просыпалась, то снова проваливалась в сон, теряя сознание, то
лишь немножко дремала. Тети-врачи приходили, смотрели ее,
что-то говорили ей, она даже им что-то отвечала. Голова снача-
ла у Наташеньки все еще сильно кружилась, зато больше ни разу
не вырвало. "Значит, уже скоро смогу ходить и кушать", - рас-
суждала про себя она. Так прошел день и ночь. Утром Наташенька
уже сама смогла дойти до туалета. Слабость не позволяла ей
полностью владеть своим телом, но настроение у нее было хоро-
шее. Потому что ночью Мишель приходил к ней! Нет, она не пом-
нила сон, не помнила их путешествие, однако проснулась утром
Наташенька с ощущение тепла и радости на душе. Так бывало
всегда, когда она встречала Мишеля, не страшно, если она не
помнила этого. Главное ведь - это чувствовать. А чувствовать -
значит знать.
Вернувшись в палату, Наташенька увидела, что завтрак уже
привезли. На столе рядом с ее кроватью стояла тарелка каши,
причем манной! Наташенька терпеть не могла каши, а манную -
больше всех. Светка сидела за столом, лениво ковыряясь в своей
тарелке. Конфеты она предусмотрительно убрала в тумбочку. На-
ташенька неохотно подошла к своей тарелке, принюхалась и с от-
вращением отвернулась. "Если я это съем, меня точно вырвет!" -
поняла она и отодвинула тарелку от себя. Позавтракала девочка
кусочком белого хлеба и стаканом кефира. Кефир она тоже не лю-
била, но по сравнению с манной кашей он казался самой вкусной
вкусняшкой.
Пришла врач, принесла Наташеньке таблетку и градусник,
чтобы температуру мерить. Но самое главное, врач принесла аль-
бомы и цветные карандаши! И еще целую пачку вафель - от мамы.
Родителей сюда не пускали, даже звонить разрешали только вече-
ром, после рабочего дня. Зато передачи приносили прямо в пала-
ту. И маме можно было что-нибудь передать, когда она придет
снова. Например, красивый рисунок.
Наташенька и Светка принялись рисовать. Светка рисовала
цветы. Красивые они у нее получались: розовые, фиолетовые, си-
реневые. Только не в вазах они стоят, а прямо в небе. Вокруг
облака, пчелы и много-много неба! А Наташенька рисовала Прин-
цесс, красивых, в розовых платьях и с желтыми волосами. Даже
странно, как они со Светкой умудрились не поругаться из-за ро-
зового карандаша, слишком часто он был нужен и той и другой.
Долго они рисовали, несколько картинок даже успели дори-
совать. Наташенька нарисовала два рисунка: Принцессу на траве
и Мишеля. У Мишеля слишком толстые щеки получились, но зато
глаза очень красивые. Прямо как настоящие, как в жизни!.. то
есть во сне. Наташенька любовалась Мишелем, как вдруг Светка
сказала:
- Скучно с тобой! Неинтересно! Молчишь все время, мол-
чишь... - Светка надулась и уселась на кровати, оставив на
столе недорисованный тюльпан, а Наташенька виновато потупи-
лась. Есть девочки, которые постоянно смеются, шутят, бегают,
не могут на месте усидеть. С такими тоже постоянно смеяться
хочется, и бегать, и весело всегда с ними, и радостно, и ску-
чать некогда совсем. Они, как солнечные зайчики, успевают каж-
дому подарить улыбку, теплом своим поделиться. Все любят таких
девочек, все любят тепло. Но Наташенька была другой. Она редко
заговаривала первой, и никак не могла рассмеяться, если кто-то
специально не начнет ее смешить. Когда кто-то внимательно
смотрел на нее, ей хотелось за что-нибудь спрятаться от взгля-
да. Да и незнакомых людей она не очень то любила, побаивалась.
И была слишком робкой, чтобы знакомиться самой. "Светка права,
скучно со мной. Ну и пусть скучно! Пусть!"
Наташенька тоже залезла на кровать, молча глядя на стол
с рисунками. На свою соседку она старалась не смотреть.
- А хочешь жувачку? - вдруг предложила Светка.
- Хочу, - обрадовалась Наташенька, что та на нее больше
не сердится. Светка порылась в тумбочке и, наконец, достала
оттуда две жвачки и протянула одну Наташеньке.
- Спасибо большое.
Вместо ответа Светка подмигнула ей. Наташенька удивленно
заморгала; Светка умеет подмигивать! Закрывать один глаз от-
дельно от другого!
- Ух, ты! - искренне поразилась Наташенька. - А еще раз
можешь? - Светка снова подмигнула, - Классно как! А другим
глазом?
- Другим не умею. Зато этим, сколько хочешь могу! Хочешь,
потом и тебя научу?
- Да, очень хочу! Я пыталась научиться подмигивать, толь-
ко у меня никак не получается.
- Это сложно только сначала. Надо вот так: держишь один
глаз пальцем, а другим начинаешь моргать. - Светка показала,
как это правильно делается, а Наташенька послушно повторила за
ней. Но полноценно подмигнуть у нее все равно не получилось.
- Это ничего, - сказала Светка, - Ты тренируйся, и все
получится. Я потом проверю!
- Ага. - Наташенька стала тренироваться.
- А ты умеешь пузыри из жувачки надувать?
- Не умею, - неохотно призналась Наташенька. Стыдно было
ничего не уметь, но что поделаешь, если она на самом деле не
умела. Не врать же теперь.
- Это вообще просто! Смотри! - И Светка надула розовый
пузырь, лопнула его, слизала с губ и продолжила жевать, - Ви-
дела? А ну повтори!
- Я не умею пузыри надувать, - почти обиженно сказала На-
ташенька, - Не получится у меня.
- А ну повтори, я сказала! - Светка спрыгнула с кровати и
резким движением схватила со стола только что нарисованного
Мишеля, - Надуй пузырь, или я порву!
- Нет, не рви, пожалуйста! - Наташенька очень испугалась.
Мишель как будто весь сжался в комочек в Светкиных руках, она
на самом деле хотела порвать его! Мишеля! Его голубые глазки
умоляюще смотрели на Наташеньку с листа бумаги.
- Надуй пузырь, тогда не порву! А не надуешь, порву! -
злилась Светка.
- Пожалуйста, не рви! Это же Мишель! Я потом пузырь на-
дую! Обязательно надую потом, - в глазах у Наташеньки появи-
лись слезы, - Только не рви Мишеля!
- Да ну тебя! Дура, ты! - отрезала Светка, швыряя Мишеля
обратно на стол. - Дура! - крикнула она и вышла из палаты.
Наташенька не плакала. Она держала альбомный лист, разг-
лаживала Мишеля - своего друга. Она видела, что с Мишелем все
в порядке, он снова улыбался ей глазами. На всякий случай На-
ташенька убрала Мишеля и Принцессу в тумбочку; когда придет
врач, надо будет обязательно передать рисунки маме, пускай
лучше дома хранятся, потому что тут небезопасно.
Светка пришла, когда им привезли обед. Разварившиеся кот-
леты плавали в бульоне. Невкусно, но Наташенька съела. Свой
компот она Светке отдала, потому что компот не любила, а сама
пошла в столовую за чаем. В столовой она еще не была ни разу,
но по запаху легко можно было определить, в какую сторону ид-
ти: по коридору пройти вдоль восьми палат и стола дежурного
врача, и вот она - столовая. Наташенька шла медленно, все-та-
ки, слабость ее не прошла совсем, и голова еще кружилась, но
разведать местность она обязана. И, проходя мимо стола дежур-
ной, откуда вечером можно позвонить маме, Наташенька останови-
лась, замерев в восхищении. Над столом висели рисунки! Целая
выставка! Самые разные персонажи были тут: Принцессы в наряд-
ных платьях, Утята из мультика про Дядю Скруджа, Мишки Гамми,
Чебурашки, просто зверюшки в красивых костюмах и, конечно, ав-
топортреты художников. Но больше всего Наташеньку поразил ри-
сунок, на котором была нарисована Гайка из мультика "Чип и
Дейл". Наташенька любила Гайку и сама ее изредка рисовала, но
эта Гайка была какая-то другая. Рыжие волосы, карие глаза и
длиннющие ресницы. Не похожа на Гайку из мультика, совсем.
"Наверное, эта Гайка, как и мой Мишель, - думала Наташенька,
- Она настоящая, а не придуманная. Вон, глаза какие - живые!".
Все еще под впечатлением, Наташенька поспешила в столовую за
чаем.
- Свет, Свет! А ты видела, какие красивые рисунки в кори-
доре висят?!! - прокричала Наташенька с порога палаты, едва не
расплескав чай.
- Да, видела! Я каждый день их смотрю, я же тут дольше,
чем ты, - оживилась Светка. - Рисунки не только около столовой
висят, они еще и в другой стороне, напротив сестринской разве-
шены.
- Ой, Светка, а где это? Ты мне покажешь, покажешь?!
- Покажу, конечно! Пойдем! - Светка соскочила с кровати,
она почему-то всегда с нее спрыгивала, а не слезала. Но тут в
комнату вошла медсестра:
- Девочки, пора мерить температуру. - Наташенька и Светка
неохотно разбрелись по койкам, - Подгорова!
- Это я, - сказала Светка. Медсестра протянула ей градус-
ник и таблетки.
- А ты, значит, Конева. Держи. - Медсестра протянула На-
ташеньке ее порцию лекарств и вышла. Девочка запила таблетки
чаем и аккуратно засунула градусник под мышку.
- Свет, а нам разрешат рисунки повесить на стену? - не
могла угомониться Наташенька.
- Не знаю. Их тетя Марина вешает. У нее спросить надо.
Она добрая, наверное, разрешит. А вообще, она всегда самые
красивые выбирает!
- А твои рисунки там тоже есть?
- Есть, - вздернула носик девочка.
- Ух ты, Светка! Классно! А ты покажешь мне, какой из них
твой? - Наташенька с уважением и восторгом смотрела на подру-
гу.
- Угу. Только они дальше весят. Около сестринской, там,
где я тебе говорила. Вот градусники заберут, и сходим туда.
"Скорей бы!" - мечтала Наташенька. Она уже представляла,
что именно нарисует. Принцессу! Принцессы у нее получались
лучше всего, поэтому и надо рисовать Принцессу. Можно Мишеля
рисовать, но Наташенька боялась за него, вдруг какой-нибудь
ребенок ему хвост пририсует черным маркером? Или порвет, или
напишет что-нибудь внизу... нет, Мишеля рисовать нельзя, лучше
Принцессу. Непременно в голубом платье! Потому что в голубое
одеваются самые красивые. Но Принцесс там уже и так много, да-
же одна в голубом есть... Принцев там нет! Наташенька никогда
не рисовала Принцев, она вообще мальчиков, кроме Мишеля, не
рисовала. Но там было столько Принцесс и ни одного Принца,
разве это правильно? Когда в королевстве одни Принцессы - это
уже не настоящее королевство. Решено, она нарисует Принца в
голубом. Это будет самый красивый Принц на свете!
Снова пришла медсестра, забрала у девочек градусники, за-
писала что-то в своей тетради и на пороге сказала:
- А теперь тихий час. Спать! - и закрыла за собой дверь.
- Как тихий час?! - огорчилась Наташенька. - Мы же хотели
рисунки смотреть!
- Этот тихий час на самом деле намного длиннее часа. Де-
лать нечего, спать придется. Но сначала, - Светка достала из
тумбочки кулек с конфетами и подмигнула Наташеньке. - Сначала
мы можем перекусить. Хочешь конфеты?
- Неее, у меня вафли есть, - Наташенька положила на стол
пачку вафель и пододвинула к себе недопитый чай, - Угощайся.
Поев, им действительно захотелось спать. Засыпая, Ната-
шенька думала о Мишеле и о Принце, которого нарисует, и улыба-
лась.
На полдник им со Светкой принесли кефир. Выпив его, де-
вочки пошли смотреть выставку рисунков. Сестринская была даль-
ше, чем столовая. Но ходить детям туда разрешали, лишь бы не
шумели и не бегали. Некоторые из ребят действительно гуляли по
коридору. "Конечно, им же скучно в палате сидеть", - рассудила
Наташенька.
Стенд для рисунков был подвешен не слишком высоко, чтобы
малыши могли рассмотреть даже те работы, которые висят на са-
мом верху. Наташенька восторженно смотрела на рисунки, все
красивые, ей все нравились! Но по-прежнему она не видела ни
одного Принца. Тем более, значит обязательно надо нарисовать
его. Тут тоже была Гайка. Только другая, совсем как в мульти-
ке: с голубыми глазами и желтыми волосами.
- Светка, а какой же из них ты нарисовала?
- Во-о-он тот. - На Светкином рисунке красовалась Короле-
ва Пчел в красивом желтом платье с черными полосками. Она соб-
рала полное ведро меда и сейчас показывала его, взлетев над
цветочным полем.
- Какая красивая! Мне очень нравится!
- А то, - вздернула носик Светка.
- А тебе какой рисунок больше всех нравится?, - спросила
Наташенька.
- Не знаю даже... Все нравятся, а любимого нет.
- Я Принца хочу нарисовать! Вот увидишь, он красивый бу-
дет.
- А я тогда ему замок нарисую. Я больше люблю цветы и де-
ревья рисовать, природу всякую. Принца я бы не смогла. Точ-
но, - призналась Светка.
- Здорово! Замок - это так здорово! Пускай он живет в
этом замке, это будет его дом! - Наташенька обрадовалась,
представляя прекрасный замок для своего Принца. - А мне больше
всех из рисунков Гайка понравилась, - открыла она секрет.
Светка посмотрела на портрет Гайки. - Да не эта Гайка, другая.
Та, которая около столовой висит.
- Эта красивее. У той глаза карие - это некрасиво. Голу-
бые - красивые глаза, а карие - нет.
- Да нет же, Светка! Эта Гайка, она просто как в мульти-
ке, понимаешь? А та, вторая, она же... - Наташенька замялась.
Открыть Светке секрет про Мишеля? Или она и без того пой-
мет? - В общем, она как живая. Когда смотришь на нее, понима-
ешь, что не из мультика она, а из жизни. Вот пойдем, докажу!
Девочки пошли в сторону столовой. Как жалко, что в боль-
нице бегать нельзя, а то они бы сейчас побежали.
Светка внимательно смотрела на кареглазую Гайку, и Ната-
шеньке показалось, что Светка наконец-то поняла.
- С голубыми глазами все равно красивее! - фыркнула Свет-
ка. Просто она была очень упрямая. Наташенька улыбнулась.
Светка тоже.
- Вам нравится? - раздался чей-то голос из-за спин дево-
чек. Они разом обернулись. Позади них стояла девочка в пестром
халатике и коричневых колготках. Похоже, она была старше Свет-
ки и Наташеньки года на два. Только худенькая такая, бледная.
"Конечно, мы же в больнице. Болеет она, поэтому и худень-
кая" - сделала вывод Наташенька.
- Это ты Гайку рисовала? - догадалась Светка.
- Я.
- Правда? - обрадовалась Наташенька, - Она очень, очень
красивая! Даже лучше чем в мультике! Мы сразу ее полюбили,
правда, Свет? - спохватившись, Наташенька резко замолчала. Не
привыкла она выражать свой восторг, и потому засмущалась. Нез-
накомая девочка тоже засмущалась и потупилась. Положение спас-
ла Светка:
- Хорошо рисуешь, молодец! - Светка произнесла это так
решительно, что ей даже самой понравилось. - Меня Светка зо-
вут, а это Наташка, - она указала на подругу.
- Я Катя, - сказала девочка и заулыбалась.
- Кать, а приходи к нам в палату. Давайте все вместе ри-
совать будем, - предложила Наташенька. Светка одобрительно за-
кивала.
- Не могу. Мне сейчас на процедуры надо. А потом ужин, и
маме звонить... - грустно сказала Катя. - Может я завтра при-
ду?
- Конечно, приходи завтра! Мы в двадцать третьей, это
во-о-он там, - Светка указала, где именно.
- Приду, - пообещала девочка. - После завтрака сразу к
вам приду, честно! А сейчас мне идти надо, а то заругают. - И
она пошла в процедурную.
Весь вечер Светка и Наташенька рисовали. Наташенька -
Принца, а Светка - Замок. Свет в больнице выключали рано. Поэ-
тому обе картинки так и остались недорисованными. Наташенька
все же передумала отдавать Мишеля маме. Чувствовала она, что
Мишель хочет тут остаться, с ней и со Светкой. И Мишель остал-
ся.
На следующее утро Наташенька позавтракала оставшимися
вафлями (ну не могла эту кашу невкусную есть, ну что подела-
ешь?!), померяла температуру, выпила таблетки - все как поло-
жено. Даже причесалась, завязав волосики в хвост, потому что
кроме хвоста она не умела делать себе прически. Хотелось быть
аккуратной, когда Катя придет.
Катя пришла очень скоро, со своим альбомом и цветными ка-
рандашами. Девочки расположились за столом, рассыпав по нему
все карандаши и рисунки.
- Заказывайте, кому какую принцессу нарисовать, - вдруг
объявила Катя, - Вот тебе, Наташ, какую хочется?
- Мне? - Наташенька задумалась, - Не знаю даже... Давай с
длинными рыжими волосами!
- В одежде или без?
- В одежде конечно, - Наташенька смутилась. Разве бывают
принцессы без красивых платьев? Ведь платье - это же самая
главная деталь! - В зеленом платье можно?
- Ладно, нарисую. А тебе, Свет?
- А мне все равно. Я принцесс не люблю. Любую нарисуй,
какую хочешь.
И они рисовали. Весь день рисовали и поедали сладости.
И после обеда рисовали. А вечером на стенде напротив сестринс-
кой уже красовались Наташенькин Принц и Светкин Замок. Вечером
Наташенька, гордая собой и счастливая, пересказала все это ма-
ме по телефону. Мама сказала, что Наташенька выздоравливает и
через несколько дней ее уже выпишут. "За это время я еще кар-
тинки на выставку нарисовать успею" - решила девочка. Идя об-
ратно в палату, Наташенька задумалась: "А ведь Светке без ма-
мы, наверное, очень грустно. И Мишеля у нее нет, и Принцесс
она не любит. Цветы и деревья все время рисует, но почему же
не живых людей? Нужно, чтобы у нее был друг. Обязательно!" - и
Наташенька приняла одно очень мужественное решение.
Вечером, когда погасили свет и закрыли палаты, Наташенька
прошептала:
- Свет? Свет, ты спишь?
- Неа, - удивленно отозвалась Светка. Наташенька - соня
та еще, засыпала сразу, как свет погасят. И тут вдруг зовет,
- Не сплю. Чего тебе?
- Свет, я секрет тебе хочу открыть. Только пообещай, что
никому не скажешь!
- Секрет? Какой секрет?
- Ты сначала пообещай.
- Ну, обещаю.
- Клянешься?
- Ну, клянусь.
- В общем, я про Мишеля тебе рассказать хочу. - Наташень-
ка слезла с кровати и забралась к Светке под одеяло. - Вот
смотри - это Мишель, - она показала ей рукав пижамы с медве-
жонком, - Я еще его рисовала, помнишь? Ну, так вот - он не
просто рисунок, он живой! Настоящий! И еще - он мой друг.
- Да врешь ты все, - неуверенно попыталась отмахнуться
Светка, однако продолжала рассматривать Мишеля.
- А вот и не вру! Не вру! Он всамделешний! Ну, смотри!
Видишь, сколько тут медведей? Видишь? И на Мишеля посмотри,
видишь, что он другой? В глазки ему посмотри, видишь, он улы-
бается, ручкой машет? Ну, смотри же, Светка! - Наташенька ста-
ралась объяснить изо всех сил. Главное увидеть, поверить!
- К...кажется, вижу, - растерялась Светка.
- Ну конечно видишь! - обрадовалась Наташенька.
- Ух ты, Наташка! - Светка замерла в изумлении, - Как же
такое может быть?! Он и правда живой! Здорово то как!
- Это еще не все, - довольно сказала Наташенька, - Мишель
еще и говорить умеет и летать. Он вообще все умеет, все-
превсе!
- Правда?! Не врешь?!
- Правда. Только говорит он только ночью, когда взрослые
слышать и засечь его не могут. Ни разу мама меня с Мишелем не
поймала! А то отругала бы, наверное. Потому что Мишель меня в
путешествия отвозит. И в поля с цветами, и в леса, и к морю, и
в облака и, наверное, даже в космос может! Вот он какой!
Светка в восхищении рассматривала рисунок на Наташеньки-
ной пижаме. Она осторожно дотрагивалась до Мишеля, а тот едва
заметно вздрагивал от ее прикосновений. Вдруг что-то ярко
вспыхнуло, заставив девочек зажмуриться. Когда Светка открыла
глаза, рисунок на Наташенькиной пижаме был уже самый обыкно-
венный.
- Ой! Наташка, а куда же Мишель делся?! Смотри, нет же
его!
- Не волнуйся. Так всегда бывает, когда он в нашем мире
оказывается. Значит, он сейчас придет к нам. - Наташенька де-
ловито предупредила подругу и негромко позвала: - Мишель! Ми-
шель ты тут?
- Тут я! Привет! - Раздался голос откуда-то снизу. И из-
под кровати вылез толстенький медвежонок ярко-оранжевого цвета
в зеленых штанишках и желтенькой футболке с солнышком. Он ока-
зался очень большим. Ростом он был почти с Наташеньку, только
в несколько раз шире ее.
- Мишель! - обрадовалась девочка и крепко обняла своего
друга за шею. - Мишель, это Светка, моя подруга. Она очень хо-
рошая!
Светка сначала неуверенно пожала мягкую лапу медведя, по-
том, уже смелее, погладила его по голове и произнесла:
- Привет!
Мишель тоже погладил Светку по голове и, беря девочек за
руки, сказал:
- Мой самолет стоит на крыше. Хотите полетать?
- Да! - хором вскрикнули девочки и вцепились в Мишеля.
Медвежонок поднялся в воздух, и, отрывая подружек от зем-
ли, вылетел сквозь стекло, даже не открыв окна. Ночная прохла-
да щекотала босые ноги девочек, но они не обращали на это вни-
мания, полностью поглощенные чудом и полетом на крышу. Ветки
деревьев грозились поцарапать их, но Мишель, умело лавируя
между ними, успешно доставил девочек на крышу. На крыше было
грязно, поэтому Наташенька аккуратно подвернула штанины пижа-
мы, чтобы не запачкать, а Светка пнула какую-то ветку и внима-
тельно наблюдала, как та падает вниз.
- Осторожно, не шумите - предупредил их Мишель, - А то
нас заметить могут.
- А где же твой самолет? - спросила Наташенька.
- Сейчас пригоню. Вы пока тут побудьте. - И Мишель скрыл-
ся за большой крышной будкой.
- Это все по-правде, Наташка? Действительно по-правде? -
прошептала Светка.
- Ну, конечно же! Конечно по-правде! - Светка было откры-
ла рот, чтобы что-то сказать, но вместо фразы у нее вырвался
вздох восхищения. Просто она увидела самолет Мишеля. Наташень-
ка, довольная и счастливая, улыбалась Светке. А Мишель подка-
тил к ним свой самолет. О! Он был великолепен! Словно большая
блестящая стрекоза, только с колесами вместо лап и рулем вмес-
то головы. Крылья самолета были огромных листьев диковинного
растения, хотя по форме были как стрекозиные. Сидений не было,
на самолет нужно было садиться верхом друг за другом и дер-
жаться крепко-крепко. Пилоту полагалось крутить педали и уп-
равлять самолетом, а пассажиркам любоваться красотой.
Мишель ловко вскочил на самолет спереди, где и должен си-
деть настоящий пилот:
- Ну что, полетели?! Все на борт!
Наташенька устроилась за Мишелем и обхватила его руками.
Светка села за Наташенькой, крепко обняв подругу. Мишель за-
работал педалями и в тот же миг самолет начал подниматься в
воздух. Крылья из листьев бесшумно рассекали воздух, унося пу-
тешественников все выше и выше в небо. Больница внизу станови-
лась все меньше и меньше, а луна - все больше и больше. Само-
лет набирал скорость. Ветер трепал волосы и штанины пижамок.
Девочки визжали от восторга.
- Быстрее! Быстрее! - кричала Светка.
- Выше! Выше! - кричала Наташенька.
- Ну, держитесь! - крикнул Мишель и перевернул самолет в
воздухе прямо налету. Ловко сделав мертвую петлю, он снова вы-
ровнял самолет и набрал скорость. С ночного неба сошло малень-
кое созвездие. Звездочки вспыхнули, и созвездие стало обгонять
самолет. Мишель крепко держался за штурвал, он гнался за ма-
леньким созвездием, то обгоняя его, то снова уступая первенст-
во. У девочек замирало сердце, но как же здорово! Как же кра-
сиво! Когда Мишель поравнялся с созвездием, Светка вытянула
руку, чтобы дотронуться до одной из звезд. "Загадай желание, -
шепнула ей Наташенька, - Если поймаешь звезду, то желание обя-
зательно сбудется!"
- Хочу... Хочу маму с папой!!! - громко выкрикнула Светка
в ночное небо и шустрой ручкой схватила за хвост одну из звез-
дочек. Звездочка вырывалась, норовя вот-вот выскользнуть из
рук, словно маленькая рыбка. Невозможно удержать одной рукой,
слишком юркая была звездочка. И Светка схватилась за нее двумя
руками, отпустив Наташеньку. Раз - и звездочка уже крепко за-
жата в Светкиных ладонях. Слишком ценное это желание, слишком
важное. Не было ничего важнее для Светки в те минуты.
Вдруг поток воздуха пошатнул самолет. Созвездие, сделав
крутой вираж, вновь устремилось в небо. Самолет наклонился
лишь на секунду. Но Светка то не держалась! Обеими руками она
берегла пойманную звездочку. И Светка сорвалась с самолета, с
огромной скоростью полетев вниз.
- Света!!! - завизжала Наташенька, не сумевшая удержать
подругу.
Мишель развернул самолет носом вниз и рванул за Светкой:
- Не бойся Наташа, мы ее спасем! Главное, держись за ме-
ня, не отпускай!
Светка не кричала, она зажмурилась, обнимая звездочку,
прижимая ее к самому сердцу. Светка думала лишь о том, как бы-
ло бы здорово иметь маму. Хотя бы немножечко, хоть один день.
Вдруг мягкая рука Мишеля обхватила Светку за талию, и самолет
снова полетел вверх. Светка открыла глаза: ветер все еще тре-
пал ее волосы, а Мишель, ведя самолет одной рукой, другой
крепко прижимал ее к себе:
- Не бойся, звездочка уже никуда не уйдет, можешь разжать
ладони. - Светка осторожно разжала и... звездочки там не было!
Лишь на пижаме осталось пятнышко с множеством лучиков. Слезки
появились в глазах у Светки:
- Мишель... Звездочка... Я, наверное, выронила ее, да? -
она заплакала.
- Нет, не выронила. Теперь ты никогда не сможешь выронить
ее. - Мишель улыбнулся, - Звездочка сохранилась в твоем серд-
це. Теперь она всегда будет с тобой, и никогда не погаснет. -
Светка положила ладони на грудь, слушая сердце. И действитель-
но, звездочка была там! Она грела ее своими лучиками так лас-
ково, что Светке снова захотелось плакать. Но теперь уже от
радости.
- Звездочка и желания твои исполнять будет, - продолжал
Мишель.
- Все, - изумилась Светка.
- Нет, не все. А только самые заветные. Те, которые из
самого сердца идут.
С помощью Наташеньки и Мишеля, Светка забралась на само-
лет, и они полетели дальше. Долго они еще летали, всю ночь.
Даже зарю встретили в небесах. А под утро Мишель отвез девочек
на крышу больницы и аккуратно спустил обратно в палату.
- До свидания, Мишель! - сказала Наташенька, кутаясь в
одеяло.
- Приходи к нам еще! - попросила Светка.
- Приду, - пообещал Мишель и скрылся за окном.
Уставшие, взлохмаченные, но бесконечно счастливые, Светка
и Наташенька заснули крепким сном.
Утром, когда им принесли завтрак, Светка, разглядывая
пятно с лучиками на своей пижаме, осторожно спросила Наташень-
ку:
- А вы что же, каждую ночь вот так с Мишелем летаете?
- Неее, летаем не каждую, - призналась Наташенька. - Я
иногда даже просыпаюсь и не помню, что было. Только приятное
тепло вот тут остается, - Наташенька положила руку на грудь, -
И тогда я понимаю, что Мишель приходил ко мне ночью. Доброта
от него остается, любовь.
- Здорово как! Слушай, а как думаешь, он придет сегодня?
- Думаю, придет! Если мы с тобой вместе этого очень силь-
но захотим, то придет обязательно! - заверила Светку Наташень-
ка и постаралась подмигнуть (подмигивать она еще как следует,
не научилась).
- Наташ, ты это... Ты прости меня, что я тогда портрет
Мишеля порвать хотела. Я же ведь не знала тогда... Я вообще
его рвать не хотела, просто.. Просто вид сделала что хочу, я
на самом деле не хотела!, - Светка покраснела и уставилась в
пол.
- Да что ты, Свет! Я же не обижаюсь совсем! И Мишель не
обижается. Он вообще обижаться не умеет, потому что добрый. -
Наташенька улыбалась, и Светка заулыбалась в ответ.
- Хочешь конфеты?
- Хочу!
Они принялись трескать сладости. Тут к ним опять пришла
Катя. Девочки сразу стали ей предлагать конфеты, но Катя отка-
залась. Как в прошлый раз, рассыпав по столу цветные каранда-
ши, Катя раскрыла альбом и показала рисунок принцессы. Точно
такой, как заказывала Наташенька: в ярко-зеленом платье, с ры-
жими, почти огненными волосами.
- Ух, ты! - не удержалась Наташенька! - Как же красиво,
Катя! Ты настоящий художник!
- Правда, красиво - согласилась Светка, внимательно рас-
сматривая рисунок.
- Спасибо, - поблагодарила Катя и смутилась. - Свет, а
можно я для тебя Принцессу на звезде нарисую?
Светка открыла рот, заморгала, потом улыбнулась и неисто-
во закивала. И все три девочки снова принялись рисовать. Свет-
ка рисовала стрекоз, Наташенька - небо, звезды и ветер, а Ка-
тя - Принцессу для Светки. Так они и просидели до обеда, пока
медсестра не попросила Катю уйти к себе в палату. После тихого
часа Катя пообещала снова прийти, но почему-то не пришла. Не
пришла и вечером, когда все по телефону разговаривали. Светка
и Наташенька ждали ее, но так и не дождались.
Этой ночью Мишель снова приходил к ним, но на этот раз
они никуда не летали. Они остались в палате и всю ночь играли.
То в жмурки, то в слова, то в гляделки. Весело было. Но Ната-
шенька и Светка то и дело вспоминали о Кате. "Почему она такая
грустная все время ходит, такая печальная? По маме скучает?
Или, может, плохо себя чувствует?" - не покидали смутные мысли
Наташеньку: "Надо ей как-то помочь. Чтобы она тоже улыбалась и
счастливая была. Нельзя, чтобы ребенок грустный был! Просто
нельзя и все!"
Утром вместо каши им принесли вкуснющие булочки с кефи-
ром. Поедая эту вкусняшку, Наташенька сказала:
- Слушай, Свет, а давай Катю с Мишелем познакомим! А то
она такая грустная все время. Вдруг ей как раз нужен такой
друг, как Мишель?
- Классно, Наташка! Давай! А Мишель не будет против?
- Нет, ты что! Он же знаешь какой добрый!
- Знаю, - улыбнулась Светка.
- Кроме того, - продолжала Наташенька, - Еще один чело-
век как раз на его самолете поместиться. Вот здорово было бы
Катю взять вместе с нами!
- А она сама захочет? - прищурилась Светка.
- А давай спросим у нее.
- Давай! ... Если она придет... - Светка посерьезнела.
- А может сами к ней сходим, Свет?
- Хорошая идея, идем! - Светка, как всегда, спрыгнула с
кровати и они с Наташенькой отправились на поиски Кати. Храб-
рая Светка сама спросила у дежурной медсестры, где им найти
девочку Катю. Но медсестра сказала, что Катю перевели в другое
отделение. Возможно, через несколько дней ее снова переведут в
общее, но сейчас к ней никого не пускают. Расстроенные, Светка
и Наташенька вернулись к себе. Даже рисовать было как-то
грустно без Кати.
От врача Наташенька узнала, что через два дня ее выпишут.
А Светку лишь на день позже. Совсем недолго ждать! Мало-према-
ло!
- Значит, у нас только одна ночь осталась, - даже огорчи-
лась Светка.
- Ночь?
- Ну да. Ночь, когда Мишель к нам с тобой придет.
- И правда, одна... - растерялась Наташенька. И они за-
молчали обе, задумавшись каждая о своем.
День пролетел незаметно. За рисованием и за мечтанием
время вообще пролетает незаметно. Если, конечно, вы любите ри-
совать и мечтать.
На мир опустилась ночь. В больнице погасили свет и запер-
ли палаты. Мишель, как всегда, веселый, неунывающий и мягкий
поприветствовал девочек, крепко обняв каждую:
- Привет, привет! Готовы отправиться в путешествие? А? -
спросил он воодушевленно. Наташенька и Светка молча перегляну-
лись и не ответили. Мишель озадаченно смотрел на них:
- Что случилось? Не хочется лететь? Так мы тут можем по-
играть! Хотите, железную дорогу построим?!
- Да нет, Мишель, мы очень хотим лететь в путешествие, -
начала Наташенька.
- Просто мы бы очень хотели позвать еще одну девочку с
нами, - закончила за нее Светка.
- Девочку? Ну, так конечно, зовите!
- Дело в том...
- Мы не знаем, где она сейчас. Ее перевели в другую пала-
ту. Мы не нашли ее, - грустно сказала Наташенька.
- Не беда. - Сказал Мишель, улыбаясь, - Если вы по-насто-
ящему хотите, чтобы этой девочке было хорошо, если вы всем
сердцем хотите встретить ее и желаете добра, то мы обязательно
найдем ее! Давайте возьмемся за руки, - Наташенька, Светка и
Мишель взялись за руки, - А теперь очень сильно пожелайте ока-
заться рядом с этой девочкой.
Какое-то время ничего не происходило. Наташенька и Свет-
ка зажмурились и стали думать о Кате, держась за мягкие лапы
Мишеля. Светка даже что-то еле слышно бормотала себе под нос.
А вот Наташенька никак не могла сосредоточиться, мысли, как
кузнечики, разбегались от нее в разные стороны. То она предс-
тавляла себе Принцессу, которую нарисовала ей Катя, то ее
пестрый халатик, то выставку рисунков. Потом Наташенька вспом-
нила про Катину Гайку, такую красивую, рыженькую, с ясными ка-
рими глазками. И вдруг снова вспышка света озарила комнату.
Весь мир словно подпрыгнул. Девочки открыли глаза и поняли,
что находятся уже в другой комнате.
- Где мы, Мишель?
- Там, где вы и хотели оказаться. Разве нет?
Девочки с интересом осматривали комнату: совсем другая
палата. Большая такая. И пустая.
- Катя, - шепотом позвала Светка.
- Катя, - присоединилась к ней Наташенька.
- Катя! - чуть громче позвал Мишель.
- Кто... Кто тут? - раздался испуганный голос.
- Кать, это ты? - Светка уже пошла в сторону, откуда слы-
шался голос.
- Я...
- Не бойся, Кать. Это же мы, мы за тобой пришли! - весело
объявила Светка.
Похоже, Катя пряталась под одеялом на одной из кроватей.
Пружины заскрипели, и из-под одеяла показалась мышиная голов-
ка.
- Гайка!!! - ахнули хором Наташенька и Светка. Гайка ве-
село засмеялась и вылезла из кровати. На ней был пестрый хала-
тик, в точности такой же, как у Кати, и голос совсем как у Ка-
ти!
- Глупые! - сказала Гайка, все еще хихикая. - Я и есть
Катя! Просто ночью, когда никто не видит, я становлюсь та-
кой, - она повернулась на месте, показывая, какой именно, -
Просто я очень полюбила Гайку. И мне захотелось стать такой
красивой, как она. ... Ну... Не совсем такой как она... Чуть-
чуть другой. И тогда я придумала, какой мне быть, - гордо ска-
зала Гайка-Катя.
- Катька, так в коридоре, получается, твой портрет ви-
сел?! - удивилась Светка.
- Ага.
- Ой, Кать, - начала Наташенька, - А ты что же, в любое
время можешь в Гайку превратиться?
- Нееее, не в любое. Только ночью, когда никто не видит.
Да и не каждую ночь превращаюсь. - Катя замялась, - Иногда да-
же бывает, что я не помню, превращалась или нет...
- А меня Мишель зовут! Привет, Катя - наконец подал голос
медвежонок.
- Не бойся его, он наш друг. И еще он очень добрый, -
сказала Наташенька, подходя к Кате. - Какая же ты красивая,
Катя! А волосы какие!
- Спасибо, - Гайка-Катя покраснела и схватилась ручками
за подол халатика.
- Я всех приглашаю с путешествие! Сегодня в Стране Лугов
цветут очень красивые цветы. Хотите посмотреть? - лукаво про-
изнес Мишель. Девочки радостно закивали, - Тогда вперед, на
крышу!
- А мне можно с вами? - робко спросила Катя.
- Ну конечно можно! Мы же специально пришли за тобой!
Чтобы тебя с нами позвать! - объяснила Светка, и Катя снова
покраснела.
- Так, где там мой самолет прохлаждается, - сказал Мишель
и, положив в рот обе лапы, пронзительно свистнул. За окном по-
казался самолет-стрекоза. Размахивая крыльями, он завис в воз-
духе прямо напротив окна. На этот раз Мишель распахнул ставни
и одну за другой усадил девочек на самолет. Сам, как водится,
сел на место пилота:
- Вперед! - закричал он, и под счастливый визг девочек,
самолет понесся в небо.
Наташенька крепко обнимала Мишеля и хохотала. Обнимала
не потому что боялась высоты или пряталась от ветра, а просто,
потому что ей нравилось его обнимать. Светка почти не держа-
лась. Она больше не боялась упасть, наоборот, раскинув руки,
ловила ветер в своих волосах и тоже, как и Наташенька, зали-
висто смеялась. Катя ничуть не испугалась полета. Наоборот,
она внимательно смотрела вниз, на город, вверх на облака, впе-
ред, на звезды и смеялась в лицо жизни, в лицо счастью, ловя
его каждой клеточкой своей души. Ее длинные рыжие волосы раз-
вевались на ветру, словно огненный хвост кометы.
Долго они летели или нет, девочки не знали. Когда весело
и хорошо вместе, время не поддается счету. Счастье не измерить
минутами. Так что, они сами не поняли, как прилетели в Страну
Лугов. Как же красиво там было!!! С высоты им были видны поля,
луга и полянки, все сплошь усеянные цветами. Разноцветные цве-
ты раскрасили Страну Лугов в миллионы, миллиарды цветов и от-
тенков. И все они танцевали на ветру, колыхались в такт друг
другу и кружились на месте. А как вкусно от них пахло! Ни одни
духи в мире не способны передать запахов счастливых цветов на
лугу. И не каждый человек способен почувствовать этот запах.
Самолет еще только начал заходить на посадку, как Светка
спрыгнула с него прямо на ходу и побежала в бескрайнее поле.
За ней рванули Катя и Наташенька. Веселые, счастливые и сво-
бодные. Цветы пели им свои самые красивые песни. Ветер играл
музыку, а солнышко озаряло красоту этой Страны. И девочки ра-
довались каждому цветочку, каждой росинке и солнечному лучику.
Они бегали в полях друг за другом, валялись в высокой траве,
плели венки и собирали букеты. Мишель бегал вместе с ними,
иногда хватая одну и подбрасывая над головой.
Цветы запомнили счастливый детский смех. Отныне этот смех
стал их песней. Смех стал самой красивой музыкой ветра. Смех
стал сердцем солнечных лучиков.
- Я нарисую! Я нарисую все эти цветы!!! - кричала Светка
и смеялась.
- Я нарисую нас на этом поле, нарисую ветер и солнышко! -
говорила Катя.
- Я нарисую Мишеля с венком на голове и Принца Цветов! -
обещала Наташенька.
Долго они там играли. И, улетая из Страны Лугов, махали
на прощание цветам - своим новым друзьям. У каждой на голове
красовался венок из дивных полевых цветов. И каждая улыбалась.
Когда они вернулись, все еще была ночь. Грустно возвра-
щаться туда, где темно и одиноко без мамы, но можно сохранить
смех и счастье в сердце! Тогда, даже темной ночью в чужой
больнице, всегда будет светло и радостно.
Сначала они отвезли Катю в ее палату. Крепко обнявшись на
прощание, они пообещали друг другу непременно встретиться зав-
тра. Потом Мишель отвез Наташеньку и Светку. Махнув на проща-
ние лапой, он скрылся в ночном небе. А девочки уже засыпали.
И на голове каждой цвели душистые цветы, сплетенные в венок.
Утром Катю перевели обратно в их отделение. Врачи удиви-
лись, но за ночь она почти что выздоровела! И на процедуры ей
больше ходить не надо было, и уколы больше не нужны. Девочки
снова рисовали весь день. Они рисовали то, что пообещали там,
на лугу.
Вечером Светка пошла позвонить в приют, узнать, как там
дела. В это время за Наташенькой пришла мама:
- Доченька моя! - она крепко обняла Наташеньку, - Как же
я соскучилась по тебе, мой ангелочек! Ну, одевайся скорее.
Солнышко мое, домой пора! Вадик плачет без тебя, скучает, -
мама помогла Наташеньке одеться. Но нельзя же было уйти, не
попрощавшись. Наташенька ждала Светку.
- Наташенька, идем, ну что же ты? Все твои рисунки собра-
ны, - звала мама.
- Ой, мамочка, подожди минуточку! У меня есть еще одно
дело! Очень-очень важное! Самое важное дело! Мне попрощаться
надо! Обязательно!
- Ну...Ну хорошо, - сказала мама, подумав, - Я тебя в ко-
ридоре жду. Но только недолго!
- Конечно мамочка! Спасибо тебе! - обрадовалась Наташень-
ка и побежала к телефону, искать Светку. В руках она держала
портрет Мишеля.
Светка как раз только что закончила говорить. Она была
какая-то странная. Думала о чем-то, постоянно поправляла раст-
репанные волосы.
- Света, меня домой забирают, я попрощаться пришла.
- Ой, Наташка! - Светка, казалось бы, только что заметила
подбежавшую Наташеньку. - Наташка, тут такое случилось! Предс-
тавляешь, у меня будут мама и папа! Я сейча с звонила, меня
удочерить хотят! Я помню. Они приходили давно когда-то и гово-
рили со мной, долго говорили. А сейчас мне директор сказала,
что бумаги оформляют на удочерение. Наташка!
- Светка! Как здорово! - девочки обнялись. Им хотелось и
плакать и смеяться.
- Звездочка, Наташка! Звездочка действует! Желание испол-
нилось, представляешь!
- Представляю, - улыбаясь, сказала Наташенька. - Если Ми-
шель сказал, что исполнится, значит исполнится. Он никогда не
обманывает, он очень хороший. Кстати! - она протянула Светке
сложенный пополам портрет Мишеля, - Я хочу тебе Мишеля пода-
рить. Он теперь не на пижаме, а на этом портрете живет. Я точ-
но знаю! И я дарю его тебе!
Светка посмотрела на Мишеля, погладила лист ладонью, и
сказала:
- Да не, мне не надо. У меня теперь Звездочка есть. И еще
мама с папой будут. Ты, знаешь что, ты его лучше Кате подари.
Он ей нужнее, - сказала Светка и подмигнула.
- Точно! Кате подарю! Да свидания, Светка!
- Пока, Наташка!
Наташенька прибежала в Катину палату.
- Катя, меня выписывают, я попрощаться пришла.
- До свидания! - Катя обняла Наташеньку. - Ты Принцессу,
которую я тебе нарисовала, не забыла взять?
- Нет, не забыла. А это тебе подарок, - Наташенька протя-
нула Кате портрет.
- Это же Мишель!
- Ага, он. Я дарю тебе Мишеля!
- Ой, Наташка!...
- Теперь он к тебе каждую ночь приходить будет. Путешест-
вуйте с ним, куда захотите!
- Наташ, а ты как же?
- Я уже много путешествовала. Даже устала немножечко, -
слукавила Наташенька. - А Мишель теперь твой. Он очень добрый,
он полюбит тебя! И ты полюби его, пожалуйста.
- Полюблю! Я его уже люблю, Наташка! Спасибо! - Катя с
трудом сдерживала слезки, прижимая портрет Мишеля к груди. Де-
вочки обнялись на прощание, и Наташенька ушла.
Мама, дождавшись Наташеньку, погрозила ей пальцем, потому
что очень долго прощалась, но не зло погрозила, а так по-доб-
рому, как будто обняла. И, держась за мамину ручку, Наташенька
направилась домой. И очень хорошо было на душе. Грустно, но
это была хорошая грусть. Потому что нет ничего лучше, чем по-
дарить счастье дорогому тебе человеку.
Не вял венок на ее голове. А в сердце навсегда осталась
песня цветов, ветра, солнца и счастья.
|
© Lany |